И чего же ты добился – человек, соорудивший
Эту каменную лодку, этот мраморный фрегат?
Вот твой друг, хотя и бывший –
с золотым руном приплывший;
Вот твой враг, тебя забывший: ты – безумен, говорят...
Ты тесал ее годами, годы сыпались на камень,
И ведь знал, что эта лодка никогда не поплывет! –
Но ее крутые формы повторял резец упорно,
И они служили нормой тем, кто строил пароход.
Каравеллы, бригантины, пароходы, субмарины,
А теперь – гранитный глиссер извлекаешь из скалы...
Для его летящих линий предназначен алюминий! –
Ты напрасно бьешься в камень, эти лодки – тяжелы…
Он долбил с такою силой, будто жизнь вложил в зубило,
А года вгоняли в доки все другие корабли;
Сколько их – уже проплывших, проржавевших, сгнивших,
бывших! –
А гранитным каравеллам плыть и плыть на край земли...
Но тебе-то что за радость – человек, соорудивший
Этот флот, воды не знавший, бороздящий времена?
Корабли твои уплыли, а тебя забрать – забыли,
А земля, она как море: так и тянет глубина...
Я ушел – а он остался; в серый камень он вгрызался,
Ну, а я вдруг сна лишился от бушпритов, марсов, рей,
И однажды – ночь к рассвету – повлекло меня по свету,
На краю земли я понял смысл гранитных кораблей.
|
